В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, привыкший к тяжелому труду, то с топором в лесу, то со шпалами у железнодорожного полотна, надолго покидал свой дом. Его работа — рубка деревьев, укладка пути, помощь в возведении мостов — уводила его далеко и надолго. Перед его глазами проходила не просто смена сезонов. Менялся сам облик страны, её дороги и ландшафты. И он видел другую, оборотную сторону этих перемен: усталость, пот и лишения, что ложились на плечи таких же, как он, рабочих и людей, приехавших издалека в поисках заработка.
